«Двадцать восемь панфиловцев» – кино, какого я так долго ждал

От первого лица

Наконец-то! Именно этого, именно такого фильма о войне я ждал – вот каким было первое впечатление после премьеры. Да, именно такого кино о войне – без лишнего пафоса, без набивших оскомину сюжетов о заградотрядах и «полевых женах», без интеллигентских рассуждений диссидентов 1970-х и либералов 1990-х из уст солдат Великой Отечественной, без ругани в адрес Сталина и советской системы, без сопливой любви за сараем и кишок по деревьям… Одним словом, без всего того, к чему нас за последние двадцать лет так старательно приучали наши измученные комплексом неполноценности перед Западом и ненавистью к России либеральные режиссеры.

46907120-cb45-47a4-9373-1d35a7d8a3c7

Я не читал еще ни одного отзыва в Интернете. Не читал специально. Разные люди увидят здесь то, что волнует именно их. А в плену чужих мнений быть не хочется, и поэтому лучше написать о своих собственных впечатлениях по факту.

Что напишут другие – почитаем позже, шум будет немалый. Но и без этого могу смело сказать – мнения будут диаметрально противоположными. Одни скажут примерно то же самое, что и я – вот таких фильмов о войне ждут простые люди. Другие – прежде всего, формалисты, привыкшие уже «к канонам жанра» – вновь будут называть нас ватниками, ура-патриотами, обвинять в «кондовости» и отсутствии вкуса. А многие просто потонут в анализе мелочей, и поэтому не увидят за деревьями леса. Впрочем, довольно «прохановщины», пора обо всем по порядку.

24 ноября 2016 года состоялась, наконец, долгожданная премьера. В Иванове она прошла в кинотеатре «Лодзь» и была окружена повышенным вниманием. В вестибюле зрителей ждали представители местного телевидения, а перед самым началом фильма приехал губернатор области Павел Коньков и выступил перед собравшимися с приветственным словом. Корреспонденты взяли интервью и у меня, и, как мне показалось, главный вопрос, который их волновал – нужен ли нам такой миф. Иными словами, миф о подвиге 28 панфиловцев.

«Миф о мифе»

Да, именно разговоры о том, что вся эта история – сплошной миф, и были одной из причин, которые привели меня в этот зал. Ведь уже много лет где поговаривают, а где, совсем не стесняясь, открыто говорят о том, что этого подвига не было. Или он был, но совсем не так; в лучшем случае – не совсем так, как об этом принято думать. А ведь для человека, рожденного и воспитанного при советской власти, и даже в первые несколько лет после нее, когда школьные учебники не были еще исковерканы, истории подвигов 28 панфиловцев, а также Гастелло, Талалихина, Матросова, Маресьева, и т.д. – все это было для нас примером. Сейчас каждый из этих подвигов подвергли сомнению и выставили как миф, придуманный советской пропагандой.

kinopoisk-ru-dvadtsat-vosem-panfilovtsev-2722089

Да, пропаганда, конечно, свой вклад внесла. Многие детали, в том числе место, время, многие подробности таких подвигов были изменены – к этому сейчас и цепляются. Но мы также знаем, что не один Матросов закрыл грудью вражескую огневую точку, а более 4-х тысяч наших воинов совершили такой подвиг. Александр Матросов стал его общим символом. Можно не продолжать. Если отлакированные пропагандой реальные истории и воспринимать как миф, то такой полезный миф нам нужен. Об этом я и сообщил журналистам, об этом же сказал чуть позже губернатор в приветственном слове.

Придя домой, я решил навскидку отыскать два-три примера такой «пропаганды», благо литературы предостаточно. И вот что интересно – получается, мифа, как такового, и не было. Во всяком случае, пропагандистского. Впрочем, предоставим слово источникам. В одной из советских энциклопедий, изданной в 1988 г., в статье «Панфиловцы», после рассказа о 316 стрелковой дивизии, сказано: «28 героев-панфиловцев во главе с политруком В.Г. Клочковым 16. 11. 1941. в четырехчасовом бою около станции Дубосеково (восточнее Волоколамска) подбили 18 танков противника, почти все погибли, но не пропустили врага. В 1975 г. на месте легендарного боя воздвигнут мемориальный ансамбль «Подвигу 28».

В «Краткой истории Великой Отечественной войны 1941-1945», изданной в 1970 г. «Политиздатом» – вот уж где, казалось бы, самый простор для пропаганды – мы читаем о группе истребителей танков 1075 полка 316 стрелковой дивизии. Снова видим слова «легендарный бой» и «бессмертный подвиг», снова разъезд Дубосеково и политрук В.Г. Клочков во главе отряда. Но названы совсем другие цифры: в первой атаке подбито 14 танков из 20, во второй – 18 из 30 танков противника. Вторая атака и названа «легендарным боем». Цифра «28» нигде не упомянута.

Возьмем теперь школьный учебник – вот она, «История России» для 9 класса, издание 1997 года – более раннего не нашлось, да, кстати, тем и интереснее. Там пишут: «Легендарным стал подвиг группы бойцов этой дивизии, которую возглавлял политрук В.Г. Клочков. Более 30 немецких танков пытались прорваться вдоль Волоколамского шоссе. Четыре часа длился бой, враг потерял 18 танков, множество солдат, но так и не смог прорвать оборону». И где тут миф? Лишь несогласованное предложение – можно подумать, дивизию возглавлял Клочков. Вот и все.

В общем, на этих примерах видно, что если и существует какой-то миф о подвиге панфиловцев, так это «миф о мифе», раздутый русофобами и либералами. И что они говорят? В основном то, что бой был не у Дубосеково, что бойцов было не 28 и что политрук Клочков там не при делах. Разговоры о том, что боя не было вообще, оставим за скобками, как бред сумасшедшего.

Есть, конечно, и другое – интерпретация простыми людьми всей этой истории. «И в сердцах будут жить 28 самых храбрых твоих сынов» – пелось в известной песне Олега Газманова. Многие до сих пор убеждены, что отряд с самого начала насчитывал лишь 28 человек, и все они погибли, не пропустив врага. Если рассматривать такое понимание как миф – ну что же, вредного в этом ничего нет, правда людям стоит знать, что погибли не все.

maxresdefault

Если же говорить об этом «мифе» в собирательном качестве – а сюжетов о том, как советские солдаты во время войны небольшими группами стойко отбивали многочисленные танковые атаки, мы найдем бесконечное множество – то такой миф тем более необходим. В той же 316 дивизии И.В. Панфилова другая группа истребителей танков под командованием лейтенанта Угрюмова в похожем бою уничтожила 9 танков, погиб командир и почти все бойцы. А об этом подвиге написано всего в одной книге.

Когда похожие случаи происходили позже, весьма вероятно, что наши солдаты руководствовались в своих действиях примером панфиловцев, который уже растиражировала пропаганда. Так, в марте 1943 года у села Тарановка Харьковской области в похожей ситуации из 25 бойцов лейтенанта П.Н. Широнина погибли 19 человек, но удержали позицию. Год спустя, в 1944 г., «Николаевский десант» старшего лейтенанта К.Ф. Ольшанского из 67 человек, высаженный в порту г. Николаев, за двое суток отбил 18 атак. И других подобных примеров мы найдем немало. Похоже, «миф» о 28 панфиловцах, действительно широко распропагандированный, сыграл свою положительную роль еще во время войны!

Если уж чем и руководствовалась советская пропаганда в таком случае, так это, действительно, интересами дела. Опираясь, видимо, на созвучный сюжет о 26 Бакинских комиссарах (среди них, кстати, был и уроженец нашей области И.В. Малыгин из Верхнего Ландеха, о чем следует знать хотя бы для общего развития) – а сюжет этот был у всех советских людей на слуху – военные пропагандисты попросту растиражировали подходящий случай. Пример того, как небольшая группа наших солдат благодаря своему духу и упорству успешно противостояла массированным танковым атакам при поддержке пехоты, был в 1941 году, когда многие испытывали «танкобоязнь», был, безусловно, необходим.

Что интересно, в самом фильме исключительно грамотно соблюдена золотая середина. Разъезд Дубосеково назван лишь при постановке боевой задачи в числе нескольких других возможных направлений танкового прорыва фашистов. Политрук Клочков – реальный персонаж и действительно участвует в этом бою. Число «28» – количество оставшихся в строю бойцов – появляется только в докладе политрука в штаб батальона после отражения первой атаки и эвакуации раненого командира роты.

Поэтому вопрос о мифе можно считать закрытым. Только в дивизии Панфилова подобный бой происходил дважды. В истории войны полным-полно других подобных примеров. И даже если в каких-то мелких подробностях все обстояло иначе, это не принципиально. Пусть мифы сочиняют на Западе. А нам нужен ПРИМЕР! Прошу не путать! Он есть, он прекрасен, он принес пользу еще в те годы, он нужен нам и сегодня. Точка.

Как «троллили михалковщину»

Прошу извинить за столь длительное отступление от самого фильма, но это было необходимо. Настала пора сказать о главном. Другой весомой причиной, помимо рассуждений о «мифе», заставившей прийти на премьеру, стала необходимость убедиться в том, что кинематограф «снизу» может решить те задачи, о которых патриотический зритель говорит уже много лет.

Как известно, фильм был снят с минимальным бюджетом, на его создание средства собирали буквально всем миром и более 35 тысяч человек внесли свой посильный вклад в его создание (все их имена упомянуты в долгих титрах). Это были именно те самые зрители, которые хотели увидеть правдивое кино о войне. Премьера дважды откладывалась, видимо, возникли непредвиденные трудности и расходы. Как бы там ни было, задержка оказалась полезной – фильм вышел как раз к очередному юбилею Московской битвы.

В кинотеатр я шел и с надеждой, и с опаской. О первом понятно – очень хотелось увидеть то, о чем уже говорилось – другой угол зрения, далекий от «канонов жанра» последних десятилетий. Опасение заключалось в том, что могло случиться обратное – повторение всего того ушата грязи, который раз от разу выливается на нашу страну и на нашего солдата. Вдвойне обидно было бы увидеть это именно в фильме, созданном на народные деньги, народом и для народа.

Начало фильма. До боли родной пейзаж, да еще и музыка соответствующая. Ну, думаю, сейчас будут бередить чувство «о русских березках», чтобы побольнее ударить потом. Стоп, уж не Першино ли? Деревня в Тейковском районе, где я много раз гулял с друзьями в детстве? Я слышал лишь, что значительная часть фильма снималась под

Тейковом, и что большую помощь в этом оказала дивизия РВСН. Как потом оказалось – действительно, та самая деревня. Вроде мелочь, а приятно! Мой любимый край, да еще и воспоминания детства… Так, отвлекся… «Соберись! Закрой поскорее душу, сейчас будет подвох!» – подсказывал прежний опыт.

kinopoisk-ru-dvadtsat-vosem-panfilovtsev-2672683

И не раз, уже в процессе просмотра, я поймал себя на мысли о том, что я с болью жду: вот-вот сейчас нагадят-таки мне в душу! Ага, начинается разговор о том, как политрук зачитывал бойцам немецкую листовку, как надо сдаваться в плен, а кто-то из солдат, пусть и «тупой», заинтересовался этим. И с капитаном политрук как-то договорился по этому вопросу. Зачем приведен этот разговор? И почему тогда он вдруг по-житейски прерван, как нечто незначительное, переведен в солдатский юмор о портянках – наверняка, гады, продолжат эту линию позже, появится предатель…

Ага, вот, наверное, и предатель. Он ползет по траншее, воровато озираясь, контужен, ранен. Это потом мы узнаем, что он – герой, который пробрался к пулемету и использовал последний боезапас в критический момент боя, спас, по сути дела, своих товарищей, у которых кончились патроны. А вначале так и ждешь подвоха – вот как нас уже к этому успели приучить! Потом только стало понятно – думаю, многие согласятся с моим мнением – авторы фильма, очевидно, специально и целенаправленно «троллили михалковщину»! Молодцы! Спасибо, что не плюнули в душу, что оправдали надежды!

Впрочем, авторы фильма порой иронизировали и над другими проблемами нашей с вами современности. Вот солдаты беседуют на темы, известные всем по фильмам «Семь самураев» и «Триста спартанцев». Простым языком излагают суть происходившего. Вроде и смешно, а при этом тут есть нечто большее. Как бы показано, насколько далеки от нас, простых жителей России, все эти фильмы – на уровне солдатских баек.

К слову, наши бойцы и партизаны в годы войны любили поговорить на темы из военной истории, а многие командиры и политработники сами рассказывали солдатам героические истории из прошлого с воспитательной целью. Много таких случаев можно найти в мемуарах участников войны. Вот только делалось это не в походном порядке – «разговорчики в строю», как известно, уставом не предусмотрены – а на привалах.

И еще один сюжет, на первый взгляд не очень понятный. Когда бойцы говорят о том, может ли, например, француз, если он захочет жить в России и выучит русский язык, стать русским. И кто-то из командиров рассуждает примерно так: «посмотрим теперь, как он за нас повоюет, этот француз!» Где логика? Франция уже оккупирована, а если речь об Англии и США, можно было бы говорить об англичанине или американце. Тема союзников, кстати говоря, в фильме не поднимается ни разу, и это на самом деле здорово. Ведь твердят об этом постоянно, тогда как основную тяжесть войны вынесла наша страна.

Что же за француз? И тут осенило – речь тут о современности, это же он, «новый русский», Жерар Депардье, получение которым гражданства, а также его дальнейшие приключения, до сих пор у всех на слуху. Да, неплохо пошутили ребята!

ui-525b6009980356-44170964

Суровая солдатская правда

Теперь немного о тех сюжетах, к которым, я уверен, будут цепляться «ура-патриоты» и провокаторы, прикидывающиеся таковыми, чтобы довести патриотические идеи до абсурда. Много раз, особенно в начале фильма, мы слышим разговоры солдат, которые тоже начинают нам казаться выражением той самой «михалковщины»: тут речь и о многократно уже зачитанном боевом листке, выпущенном еще месяц назад, и о попытках выменять в деревне еду за колючую проволоку, добытую у саперов, и т.д.

В советских фильмах такого, понятно, быть не могло. В нашем случае они были, но никакого развития не получили – ни привычного критиканства в адрес советской власти, ни перехода к мародерству. Мало того, разговоры перемежались многими другими, абсолютно бытовыми вещами. Что-то до боли знакомое почудилось здесь. И я вспомнил – да, это же «Волоколамское шоссе» Александра Бека! Не зря даже автограф к фильму был взят из слов ее главного героя – командира батальона Боурджана Момыш-Улы. Книга, которую читал каждый советский школьник, а теперь она пылится, забытая, на полках. Много раз я ее перечитывал, последний раз – примерно год назад.

Надо было убедиться. И – пусть смеются те, кто не понимает, мне за это не стыдно – я всю ночь после фильма вновь ее перечитывал. И понял вдруг два важных момента. Первый – будь я не знаком с этим произведением, очень многое осталось бы для меня под вопросом. Второй – весь дух, все принципы жизни дивизии И.В. Панфилова, отраженные на страницах книги, полностью переданы в фильме.

И множество совершенно конкретных сюжетов – о борьбе со страхом и голодом, о том, как солдаты приспосабливались к военному быту, о стрельбе залпами из винтовок, о взаимодействии бойцов разных национальностей (об этом поговорим отдельно) – очень многое взято из этой книги. Мало того, авторы фильма не стали поднимать кое-что из тех негативных моментов, которые так любят раздувать сегодня, например, отдельные случаи трусости и расстрелов перед строем, приход «окруженцев» из-под Вязьмы, которые сеяли панику – а все это действительно описано в «Волоколамском шоссе» со слов непосредственных участников событий.

В целом, в обращении к этой книге есть и плюсы, и минусы. О плюсах мы уже сказали, основной – простая солдатская жизнь показана именно так, как она и была – без прикрас и без чернухи. К тем мелочам, о которых говорилось, пусть цепляются те, кто не читал. Основной минус состоит в том, что авторы снимали фильм, подсознательно исходя из того, что зритель с книгой знаком. Увы, многие ее не читали, как не читали и советских военных мемуаров, где многое из показанного в фильме также описано – например, тренировки на самодельных деревянных макетах танков. Что тут сказать – всем советую прочитать. Настоятельно. Уверен, во многих других отзывах о фильме будет тот же призыв.

Военная сторона дела

Здесь я не буду углубляться в мелкие вопросы – о соответствии тому историческому моменту элементов формы, вооружения, техники, и т.п. Это не столь важно, а потом разного рода эксперты – и доморощенные, и реальные – сломают по этому вопросу еще множество копий. Главное не в этом. В фильме я увидел воплощение двух своих важных ожиданий о военной стороне дела, которых тоже долго ждал.

Во-первых, ни малейшего пафоса о героизме. Ведь, в самом деле, солдаты выполняли свой долг в любой точке фронта, и не могли даже подумать, что бой, который они выдержали, станет потом легендарным. Слова «Велика Россия, а позади Москва», приписываемые и политруку Клочкову, и Михаилу Илларионовичу Кутузову еще в 1812 году, о чем пишут много и часто, роли тут они никакой не играют. В фильме речь политрука была немного иной. Главной же была сама постановка вопроса: так сложилось, что мы здесь оказались, прикрытия нет, нас очень мало, но мы будем выполнять свой долг, защищать столицу, сражаться, выбивать солдат и технику врага, и должны сделать все, что от нас зависит. Умело воевать, стараясь истребить побольше фашистов, сберечь свои жизни и для продолжения войны, и для возрождения страны после нее. Вот и все!

Может быть, многие ожидали другого – именно пафоса. Возможно, в советском стиле – он был весьма неплох, или же в современном – с гневными речами и наставлениями. Здесь нет ни того, ни другого. На войне, очевидно, это тоже было исключением из правила. А чаще всего происходило именно так – о том, насколько серьезный подвиг был совершен в суровых буднях войны, солдаты узнавали гораздо позже, уже выполнив свой долг с честью.

Во-вторых, именно в этом фильме я увидел, наконец, как наши солдаты воюют тактически грамотно, не заваливая врага массой трупов, как это часто показывают, не выполняя безумные приказы какого-нибудь командира-самодура. Мало того, именно тот самый, «Панфиловский» стиль ведения военных действий передан в фильме прекрасно. И оборудование ложных позиций, и умение окапываться, и тактика противотанкового боя – все это было показано именно по-панфиловски. Особо хочется отметить артиллерийскую грамотность. Видимо, консультантом по этому вопросу был, действительно, матерый профессионал. К слову и немцы показаны достойным противником – они тоже воюют грамотно.

Национальный вопрос

Еще одна тема, о которой будет много споров и ругани в социальных сетях. Мне самому подход авторов понравился, и вот почему. Один из моментов, из-за которых перед просмотром желательно быть уже знакомым с книгой «Волоколамское шоссе» заключается в том, что там описана история формирования 316 дивизии И.В. Панфилова. Она создавалась с нуля, дело происходило в Казахстане, и личный состав набирался из местных жителей. По возрасту это были люди не совсем молодые – в возрасте около 30-35 лет и старше, а по национальному составу – в основном русские, казахи и украинцы. Последних было много еще со времен Столыпинской реформы, когда в восточные районы страны переселялись целыми селами из-за нехватки земли в Черноземье.

Теперь к фильму. Начнем с украинской темы. Разговорчивый и толковый солдат Москаленко, которому многое прощалось – вот он, пример правильного, нашего украинца! В нем лучшие черты своего народа – разумная хитрость, находчивость, смекалка, веселость, общительность. Сколько таких солдат прошло всю войну, сколько погибло. Очень своевременный, политически правильный, хороший пример!

Вот другой случай. Рассказ о встрече со старушкой, которая немцев называла «басурманами», на что кто-то из солдат с юмором заметил, что в полку две трети личного состава – потомки мусульман: казахи, киргизы, уйгуры и дунгане. О последних мало кто знает. Дунгане – потомки китайцев-мусульман, которые в средние века, во время гонений на ислам в Китае, эмигрировали на территорию современных Киргизии и Казахстана, в значительной части смешались с местным населением, но сохранили национальную самобытность.

kinopoisk-ru-dvadtsat-vosem-panfilovtsev-2615116

И выходцы из Средней Азии, а особенно из Казахстана, вложили очень большой вклад в победу под Москвой. Подвиг их забывать нельзя. А старушка говорила правильно – еще в 16-17 веках басурманами называли не только мусульман, но и всех неправославных европейцев тоже.

Самый важный сюжет в национальном вопросе – фраза «А казах что, не русский?» Очень важно, что наконец-то эти идеи мы видим теперь на широком экране. Мы все русские, но разной национальности – это имеет право сказать любой патриот нашей страны. Тогда страна была больше, людей больше, народов больше. Но именно тогда товарищ Сталин говорил: «Я – русский грузинской национальности». Сегодня такие идеи надо всячески развивать и поощрять. Что интересно, продолжение разговора русского и казаха было таким: «Мы здесь защищаем Россию. Вот если будем защищать Казахстан, покажем всем, кто такие казахи!» И ведь тоже верно. В нынешней ситуации любой житель Казахстана не казахского происхождения может с полным правом считать себя казахом, допустим, русской национальности.

Очень хорошая идея и очень верная постановка вопроса. Нам нужно единение, нам нужны мосты – и в России, и на постсоветском пространстве. Нас разделяют и разделяют! А тогда, в лихую годину, и на полях сражений, и в тылу мы были вместе и побеждали! В фильме это показано прекрасно, без пафоса и долгих речей о дружбе народов. Казах – он наш, русский, он имеет на это право. А насчет француза мы еще посмотрим, «как он за нас воевать будет». Быть может, заслужит когда-то право называться русским!

Минимальными средствами – максимальный результат

Речь в данном случае пойдет не об одном из основополагающих принципов работы генерала Панфилова. Разговор о том, как работали режиссеры. В последнее время для фильмов с большими, серьезными бюджетами стало нормой решать все задачи с помощью спецэффектов. Чем их больше, чем они технологичнее, тем, как считается, лучше результат. А то, что на контрастах, на использовании необычных ракурсов, на правильном чередовании сюжетов можно достичь не меньших результатов, стали уже забывать. Тут ведь трудиться надо, крепко и много думать!

В условиях ограниченных средств это было необходимо, и это получилось. После премьеры создатели рассказывали о том, как, например, выбиралась подходящая для съемок деревня Першино. Денег на сооружение специальных декораций не хватало, и после долгих поисков, совещаний и расспросов знакомых решение было найдено. И с подбором массовки пришлось потрудиться – где в центральной России найти столько казахов и киргизов (они, в отличие от таджиков и узбеков, сюда не приезжают на заработки)? Пришлось обратиться к студентам и аспирантам ивановских вузов, и они позволили решить задачу.

Что касается режиссерских решений, очень правильно, по-моему, что многие сцены до момента боя сняты в сумерках, ночью, в метель и в других подобных условиях ограниченной видимости. Бой идет днем, заканчивается на закате. И контраст есть, и многие мелочи, довольно затратные, можно опустить, и состояние духа передано превосходно. Попробуйте, ради интереса, в сильный мороз, в сумерках, прокатиться по опушке леса на лыжах! Эмоций хватит надолго – и это еще в мирное время! Но это так, к слову. Другой контраст – самоуверенные немцы, методично и четко по графику ведущие артподготовку, идущие в атаку как-то механистично.

А ведь в начале войны так и было, пока поражение под Москвой не заставило их крепко подумать о выводах. Наши бойцы, наоборот, показаны просто и по-человечески – со всеми сильными и слабыми сторонами. Бездушная, но сильная фашистская машина напирает всей своей тяжестью на наше, родное, живое, еще не закаленное, и терпит поражение. Тут, кстати, нет очеловечивания врага, нет так любимого либералами «хорошего немца».

Теперь о месте зрителя в фильме. В идеале, считается, необходим «эффект присутствия», и достигается это обычно спецэффектами. Здесь достигнут гораздо более неожиданный результат. Ощущение присутствия на месте событий у меня лично возникло только во время боя, но оно было полным и всепоглощающим. Это я стреляю по фашистам из винтовки и пулемета, это я смотрю через прорезь пушечного щита, и мне хочется бить их так беспощадно, как будто за моей спиной все самое родное и дорогое! А если я вижу со стороны другого солдата – это мой боевой товарищ, это друг, который сидит со мной рядом в том же блиндаже, и мы бьем врага вместе.

Вот такой получился эффект присутствия. Может быть, это мои личные впечатления. Но что любопытно – когда показан вид из немецкого танка, у меня нет ощущения, что я в нем сижу, как атакующий. У меня ощущение пленного, которого в бессознательном состоянии посадили в этот танк, я очнулся и единственное, чего я хочу – чтобы в нас поскорее попали, или же взорвать его вместе с фашистами, пользуясь любым случаем.

Да, дух передать получилось так, как этого хотелось давно. Весь дух нашего принципа ведения боя. Финал – нет патронов, враг в двух шагах, мы – последние уцелевшие – держим штыки, ножи и топоры, мы умрем, но не сдадимся! Не знаю, я не был в бою, но с самого детства, читая книги о войне, я представлял и наших солдат, и себя самого, окажись я в такой ситуации, именно с этим ощущением. Мы встанем спина к спине, умрем, но не сдадимся, унесем с собой хотя бы еще одного врага. Да, как давно я хотел ощутить этот дух! Он для меня важнее спецэффектов. Очень хочется, чтобы его почувствовал каждый зритель, особенно дети и подростки – это лучший воспитательный эффект, который должен, обязан сработать!

03192172

Ложка дегтя

Да, не обошлось и без этого. Даже не ложка скорее, а капля. Но она все-таки есть, и сказать о ней нужно. Лично мне не понравились два момента. Первый – разговор командира перед строем в самом начале фильма. Дословно не вспомню, но смысл получился такой, будто фашисты основательно попробуют своей крови впервые только под Москвой. Простите, но стоит ли так умалять подвиг защитников Брестской крепости, участников обороны Киева, Одессы, Севастополя, Ленинграда, Смоленского сражения?
Да и вообще подвиг каждого честного солдата в любой точке фронта до Московской битвы?

Враг с первого дня войны, несмотря на все наши поражения, понес огромнейшие потери и собственной кровью захлебывался не раз! Да, под Москвой он испытал первое серьезное поражение за всю войну, здесь потерпел провал замысел блицкрига, но это скорее вопрос политический. И об этом, о том, что на защитников Москвы с замиранием сердца смотрит весь мир, командир сказал абсолютно правильно.

Второй момент, конечно, уже дело вкуса. Мне лично не понравилась концовка. Финал получился и по сюжету, и по духу, ни к чему не привязанным, разве что к мемориалу, который стоит теперь на поле боя. Двое солдат сидят и беседуют, остальные четверо уцелевших постепенно приходят в себя, подтягиваются, а потом все стоят и смотрят куда-то вдаль. Затем показывают монумент и современный пейзаж.

Зачем это, к чему? Хорошим – и жизненным, и логичным, и прекрасно вписывающимся в сюжет стал бы другой вариант. Атака отбита, уцелевшие бойцы ищут оставшиеся в своих окопах гранаты и бутылки с зажигательной смесью, забирают у убитых немцев оружие, патроны и гранаты, раз своих не осталось, и готовятся к новому натиску. Судя по многим военным мемуарам, в подобных случаях так обычно и поступали. И ведь один из солдат даже нес три винтовки, но к чему, почему – не понятно. Можно было закончить на этом, или же продолжить тем, что приходит связной с приказом, и сообщает, что новой атаки не будет – и вот тогда можно уже вставать, смотреть вдаль, и далее по тексту. Могли придумать и какой-то иной сюжет. В любом случае, концовка получилась смазанная, и, по-моему, не слишком достойная такого фильма. Но, увы, что есть, то есть.

Закономерный результат

Недостатки, конечно, дело важное, но жизнь есть жизнь, ничего идеального не бывает. Тем более, эта капля дегтя не может изменить главного – совершен важнейший шаг в истории отечественного кинематографа. Мы получили, наконец, фильм, какого так долго ждали. Надеюсь, это лишь первая ласточка.

Однозначно, даже если критиканы обрушатся с грудами претензий, все равно и официальный кинематограф, и тем более энтузиасты предпримут теперь попытки снимать то кино, которое хочет видеть весьма существенная часть российского зрителя. Пусть формалисты и любители спецэффектов дальше ходят на голливудские боевики или на «михалковщину», но на все это многие другие люди уже давно перестали ходить, чтобы не бередить себе душу и не тратить напрасно денег. Они хотят смотреть другое кино. И с этим придется считаться.

Вчера впервые за много лет я увидел фильм о войне, на который мне захотелось прийти еще раз. Теперь уже для удовольствия и более подробного знакомства с деталями. Я знаю, что подвоха не будет, а в мою душу никто не плюнет. Я приду сам и позову друзей. Мои ожидания, наконец, оправдались, и очень хочется верить, что «Двадцать восемь панфиловцев» – только начало. Начало процесса возрождения нашего замечательного кино, которое еще скажет свое веское слово о борьбе за Родину.

Евгений Леонов, кандидат исторических наук.

Pin It