Россия и Латинская Америка. Поддерживают ли нас там?

Как можно заметить из многочисленных публикаций в СМИ, на фоне ожесточения НАТО в отношении России происходит оживление связей РФ с Латинской Америкой. Сначала крупнейшие экономики региона, такие, как Чили и Бразилия, не поддались уговорам Европейского Союза не пользоваться продуктовым эмбарго, а потом и остальная Латинская Америка решила, что торговое сотрудничество с Россией – это шанс, который нельзя упускать.

 

zoDKMPJGRCM

 

Вместе с тем, ясно, что для развития полноценных союзнических отношений необходимо согласие в сфере более деликатной и обязывающей – политике.

Вот, к примеру, весьма знаковое голосование в Генассамблее ООН по тексту резолюции «О территориальной целостности Украины» от 27 марта 2014 года, пытавшейся осудить действия России в Крыму. Его подготовили, в основном, члены ЕС. Оно показало, что вместо «мнения Латинской Америки» существует много отдельных мнений разных групп государств региона.

Поддержали тогда Россию и проголосовали «против» Венесуэла, Боливия, Куба, Никарагуа. Высказались «за» антироссийскую резолюцию Чили, Колумбия, Перу, Мексика, Панама, Коста-Рика, Гватемала, Гондурас и Доминиканская Республика. Среди «воздержавшихся» оказались Аргентина, Бразилия, Уругвай, Парагвай, Сальвадор.

 

При таком раскладе закономерно возникает вопрос – насколько значимой была эта «проверка чувств» Латинской Америки к России? Сейчас, когда противостоянию России и США, НАТО и санкциям исполнилось уже больше года, за каждым латиноамериканским мнением складывается картина конкретных внешнеполитических интересов.

 

«Против» резолюции высказались страны – члены альянса «ALBA», освоившие опыт «социализма XXI века», которым и в досанкционный период было свойственно положительно воспринимать Россию. На Западе распространена такая точка зрения: эти будто бы безнадежные популисты якобы привлечены советским красным знаменем, незримо развевающимся за спинами русских. Надо сказать, авторы такого подхода мыслят упрощенно и поверхностно. В идейном плане сегодняшнюю Россию с левыми латиноамериканскими режимами роднят две вещи – антиамериканизм и желание безоговорочно следовать суверенным интересам, не позволяя МВФ, Всемирному банку и им подобным ставить на себе эксперименты. Они считают, что в Крыму «столкнулись» попытка самоопределения национального меньшинства и проект поглощения НАТО все новых восточных территорий в Европе.

 

Например, Венесуэла сформулировала, что, поддерживая российскую внешнюю политику в Крыму, она остается верна принципу иностранного невмешательства во внутренние дела государств. Президент Венесуэлы Н. Мадуро отмечал, что на смену режима на Украине оказал влияние и подъем маргинальных ультраправых сил, а местный министр иностранных дел Э. Хауа в одном из своих интервью указал на схожие методы Западного мира для нажима на Москву и Каракас.

 

Выборочные санкции против Венесуэлы, касающиеся отдельных лиц, были введены США в первых числах марта текущего года, при этом их, как и антироссийские, мотивировала одна и та же формулировка: «в связи с угрозой национальной безопасности и внешней политике» Соединенных Штатов. Падение мировых цен на нефть – еще один сценарий, разыгранный руководством США против как Москвы, так и Каракаса. На сегодняшний день российско-венесуэльское сотрудничество подтверждено серией договоров и в основном касается нефтеполитики и сферы ВПК.

 

Куба, чей лидер с самого начала открыто поддержал Россию, имеет для нас особое стратегическое значение, поскольку возобновление работы там нашего разведывательного центра будет, как писала журналистка М. Навас для “BBC Mundo”, своеобразным напоминанием для США: «как только ты идешь к моим границам, я могу приблизиться к твоим». На вопрос о том, изменится ли отношение к России после восстановления с США дипотношений, можно ответить скорее отрицательно. Это позитивное отношение к нам разделяется кубинской правящей партией, поэтому стабильно до тех пор, пока на Кубе не произойдет полного обновления или насильственной смены элиты. Простого восстановления диалога с американцами для снижения симпатий к Москве недостаточно.

 

Чрезвычайно важной для России была бы поддержка «нейтралов», чей потенциал в масштабах региона очень высок – Аргентины и Бразилии. Здесь у голоса «воздержания» есть определенные оттенки. Речь идет о странах, претендующих на позиции самостоятельных центров силы и их союзников по региональным блокам – МЕРКОСУР и УНАСУР. Судя по их комментариям по итогам голосования, они выступали за мирный путь разрешения конфликта и призывали поддерживать непосредственно Украину, в которой надеялись увидеть в будущем демократические политические силы. Но, вместе с тем, как сказал, например, бразильский представитель, голос «воздержания» был и сигналом для США – их уже воспринимают критически. Диалог с Россией оставался открытым вопросом.

 

При этом Бразилия она вместе с другими странами БРИКС в ноябре 2014 г. выразила протест по поводу антироссийских санкций. Затем посол Бразилии в России А. Х. Вальим Герейро сообщал, что делегация Министерства обороны Бразилии, посетившая Россию в декабре 2014 г., подтвердила заинтересованность своей страны в «российских новейших технологиях» в военной сфере, а именно в производстве единиц авиации (скажем, вертолеты МИ-35 пользуются в Бразилии большим спросом) и военно-морских сил. По данным бразильской «Двусторонней комиссии по кооперации с Россией», Бразилия готовиться подписать с нами серию соглашений также о сотрудничестве в области ядерной энергетики и освоении космоса. Более того, по словам С. Шойгу, в 2015-м на территории Бразилии планируется проведение российских военных учений.

 

Аргентина показывает себя еще более пророссийски. Здесь есть серьезная аналитика, обосновывающая необходимость поддержания с Россией позитивного диалога. Как, в частности, пишет исследователь Н. Креус (Университет Росарио, Буэнос-Айрес), аргентинский лидер, выражая свою позицию в отношении России, использовала стратегию увязывания исторических прецедентов. Так, госпоже Фернандес де Киршнер неясно, почему Запад обвиняет Россию в подложности крымского референдума, но при этом считает, что Мальвины (Фолкленды) должны принадлежать Великобритании вследствие такой же процедуры народного волеизъявления с близкими результатами. И на Мальвинах, и в Крыму за присоединение к, соответственно, Великобритании и России, проголосовали более девяноста процентов. Налицо политика «двойных стандартов», и пока для Аргентины существует проблема Фолклендов, она не противопоставит себя России. В конце апреля текущего года президент Аргентины нанесет визит в РФ и обговорит с ним дальнейшие шаги, которые сблизят наши страны в уже известных вопросах ВПК, энергетики и не только.

 

Наконец, при ближайшем рассмотрении неоднороден и лагерь проголосовавших «против». В целом, они, кончено, продолжают, как говорится, следовать в фарватере политики США. Однако их ряды уже не стройны. Особый случай представляет собой Чили. Держа курс на широкую внешнеполитическую суверенизацию и взращивание национального величия, она отнюдь не собирается возвращаться в круг младших партнеров Америки или Британии. По существу, единственным, что заставило Чили солидаризироваться с США и ЕС в марте прошлого года, стал исповедуемый ею принцип недопустимости пересмотра государственных границ, не санкционированного мировым сообществом. Чили можно понять, ведь сама она не так давно отказала Боливии в предоставлении выхода к морю. Но это совершенно не означает, что чилийско-российские отношения (которые, как неоднократно говорила сама президент М. Бачелет, выдерживаются в доверительном духе) испортились, даже если в настоящий момент нам не удается выйти за пределы торгово-экономической кооперации.

 

Помимо Чили здесь есть две категории государств – поддерживающих Западный мир «идейно» и как бы «вынужденно». При этом ни те, ни другие не отказались от возможности обойти антироссийское эмбарго, расширить наши бизнес-связи, «перезапустить» культурное и образовательное сотрудничество. К числу «идейных» можно было отнести, например, Мексику, которая давно стремится интегрироваться в западный либерально-демократический мир. Однако опросы общественного мнения там показали, что население выступает за то, чтобы держаться во внешней политике подальше от северных соседей и занять в отношении украинских событий нейтральную позицию (например, анкета «BGC-Excélsior» от марта 2014 г.). Из противопоставивших себя России «вынужденно» стоит отметить Колумбию: здесь почти единственным гарантом помощи в борьбе повстанцами ФАРК традиционно были Соединенные Штаты.

 

Поэтому, то обстоятельство, что у Латинской Америки не было официального и единого мнения относительно русской внешней политики, следует рассматривать в позитивном ключе. Во-первых, однозначно отрицательно воспринимающих Россию на континенте нет вообще, во-вторых, Латинская Америка уже далека от политического «автоматизма» и демонстрирует критический и взвешенный подход к внешней политике США и вообще международным отношениям. Такие «думающие» и серьезные партнёры для России будут полезны. Конечно, к каждой латиноамериканской стране требуется свой особенный подход, разработать и реализовать который – задача, стоящая перед отечественной дипломатией.

 

 

Ксения Коновалова. Проект 2024.

 

Pin It